шаблоны для dle, uaBIG.com - инструменты для вашего сайта
 
  
  
«Еще ни разу не отравились»
Анастасия Миронова о новых критериях выбора еды в России
 
Вы когда-нибудь смотрите, что кладут в корзинки другие посетители супермаркетов? Я всегда смотрю и все больше ужасаюсь.

Раньше, еще пару лет назад, люди почти не читали этикеток. Кто побогаче, выбирал самую красивую или самую узнаваемую упаковку. Те, кто победнее, брали самое дешевое. Не раздумывая.

Сегодня люди вчитываются в ценники, название производителя и состав продуктов. Но это никак не сказывается на качестве их рациона, потому что, прочитав этикетку растительного спреда, они вздыхают и кладут его в корзину.

Разбираться в продуктах немного научились, но деньги кончились. Женщина с перекошенным от отвращения к жизни лицом берет цыпленка по 89 рублей/кг и вздыхает, вздыхает, вздыхает.

Все чаще я замечаю, что люди не могут позволить себе продукты хотя бы средней ценовой категории. И в мегаполисах, и на селе. В нашей деревне живут в основном дачники. Причем дачники крепкие: у нас большие дома, большие участки, земли ИЖС. Дачи здесь стоят с полноценный загородный дом, то есть люди живут не бедные.

Вернее, должны бы жить не бедные. Но вот в магазинах поселковых народ неизменно покупает самое дешевое. В ходу «Сливочное масло» за 40 рублей, на котором так и написано, в кавычках. Очень любят наши люди «продукт сметанный «Сметанка» за 17 рублей. Покупают дешевую замороженную после неоднократного оттаивания скумбрию за 110 рублей. В нашем райцентре есть отличный молокозавод, который делает все основные молочные и кисломолочные продукты. Они на несколько рублей дороже белорусских или поддельных, но люди не покупают.

Я, кстати, недавно решила поискать в интернете отзывы на продукцию этого завода. Потом зашла на страницы с отзывами о других продуктах… И тут, как говорится, все завертелось…

Отзывы о еде я читаю регулярно. Это мое хобби. Своего рода расстройство личности.

Раньше люди писали в отзывах более или менее внятно: мол, попробовал, вкусно, понравилось, буду покупать еще. Или, наоборот, кричали на весь интернет, что сметана оказалась дрянь и несъедобная.

Сегодня такие «сложные» характеристики еды из отзывов о продуктах исчезли. Очень часто люди стали рекомендовать друг другу те или иные марки продуктов с аргументацией «еще ни разу не отравились».

Эти же слова часто можно услышать в магазине: «Бери, бери, мы уже второй год покупаем и ни разу не отравились», — советует мать дочке сметанный продукт «Сметанка» за 17 рублей. Соседки при встрече делятся последними продуктовыми уловками. Вот одна нашла магазин с прессованными тушками хека: всего 130 рублей, бросаешь на сковородку — через пять минут готово, ни разу не отравились! Другая покупает в торговой сети томатную пасту за 3 рубля — говорит, пахнет помидорами и домашние не травятся. Третья советует брать нечто, расфасованное в полулитровые ведра с надписью «Топленое». Стоит 70 рублей, а вкусно! И, разумеется, никто не отравился.

Вы только вдумайтесь, как за несколько лет упало в России требование к качеству жизни.

В этом «не отравились» столько всего: и чудовищное падение качества продуктов, и обеднение людей, и безысходность, и неготовность платить за изыски, вроде вкуса и натуральности.

Раньше я писала статьи с заголовками «Есть стали плохо». Если бы я знала, что нас ждет впереди, я бы для спасения своей репутации выбирала формулировки помягче. «Есть стали плохо, но не очень». «Едим почти что хорошо». «Едим неплохо, и слава богу». Потому что рацион россиян трехлетней давности по сравнению с сегодняшним смотрится действительно неплохо.

Человеческая память коварна, мы не запоминаем деталей. Сегодня большинство россиян помнят, что когда-то давно, уже и неизвестно, сколько лет назад, они питались лучше. Да и насколько лучше, тоже не помнят.

А вот журналисты помнят. В августе журналисты BBC достали старые чеки из московских супермаркетов и сравнили цены с сегодняшними.

Реальное удорожание конкретной потребительской корзины за три года составило 69%.

Причем в эту корзину входили в основном так называемые товары элитного потребления: аргентинский сыр, бальзамический уксус, каперсы, мини-шпинат, оливковое масло… Человек, привыкший есть что-то помимо базового набора продуктов, три года назад тратил на набор еды 4422 рубля, а сегодня тратит 7471 рубль.

Впрочем, тратит ли? Очень сомневаюсь, что журналистам даже и BBC с августа 2014 подняли зарплату на 69%. А значит, журналисты BBC стали потреблять меньше зелени и сыра. Или покупают их теперь вместо новых сапог.

Журналистам, думаю, еще повезло: им есть от чего отказываться в пользу еды. А что едят сегодня те, кто и до кризиса сапоги купить не мог?

В ежеквартальном исследовании RosIndex пишут, что россияне все чаще в супермаркетах выбирают самые дешевые продукты собственных торговых марок сетей и сегодня 65% потребления всех продуктов питания приходится на частные марки сетевых гигантов. Примечательно, что чем крупнее город, тем больше люди покупают эти дешевые продукты.

По данным исследования, в городах всего 8% жителей ходят на рынок, 10% покупают продукты в местном магазине, 19% — в несетевом универсаме. В основном же люди отовариваются в торговых сетях. Потому что рынки и маленькие магазины дороже. В нашем поселке нет сетевых магазинов и нет даже рынка. Многие ездят за продуктами за 40 км, в райцентр, потому что там сетевые магазины. Рынок в городке тоже есть, но он, похоже, скоро закроется — там слишком дорого. Магазины в нашем поселке выживают только потому, что до ближайшего сетевого супермаркета нужно ехать на электричке.

В сетях все дешево. По моим подсчетам, покупки продуктов обходятся в сетевых магазинах в среднем на треть дешевле, чем в наших местных магазинчиках, и почти наполовину дешевле, чем на рынке.

Но в сетях нет многих хороших продуктов. Нет свежего хлеба из местных пекарен, нет летом местных огурцов, нет продукции того же местного молокозавода. В нашем райцентре на полках сетевых гипермаркетов стоят молоко, кефир, творог из Петербурга, Москвы, Ярославля, Дмитрова, где производят, по-моему, до половины всех молочных продуктов для Западной России. И производят плохо! В наших сетях в Ленинградской области челябинские макароны и яйца, тамбовский хлеб, краснодарский сыр. Они дешевле местных, поэтому попадают в сети. В основном под частными марками самих магазинов. Именно этими продуктами питаются преимущественно жители нашего района. По крайней мере, покупает их не меньше половины жителей.

А какое качество у продуктов, выпускаемых под собственными марками ритейлера? Есть такой независимый проект «Росконтроль», который живет на общественные пожертвования и проводит экспертизу различных товаров. На их сайте я навскидку нашла 18 образцов продуктов, выпускаемых под марками разных торговых сетей, и все они оказались некачественными. Нарушения найдены в каждом образце. Даже система «Роскачество», созданная по распоряжению правительства в пику «Росконтролю», не может удержаться от критики некоторых продуктов питания от сетевиков.

Наличие на полках супермаркетов дешевых продуктов — задача политическая. Я полагаю, сетям дан практически карт-бланш: хоть солому в хлеб кладите, хоть керосин в масло лейте, но чтобы дешевые товары были.

Поэтому стараются, как могут. Ведь исчезновение с полок «сметаны» по 17 рублей за пол-литра способно покачнуть рейтинг первых лиц куда сильнее протестных митингов с белыми шарами.

Если сеть продает под собственным брендом кефир за 40 руб./литр, то молокозавод должен предложить цену хотя бы не больше 45 рублей. Вот только маркетинговая наценка на сетевую марку составит не больше 20%, а на местное молоко — 100–120%. Это значит, что производитель сетевой марки продаст кефир за 33 рубля при закупочной цене молока в 20 рублей от силы (заводы-гиганты скупают молоко очень дешево), а вот наш местный завод с наценкой в 100% продаст кефир за 22,5 рубля. Вернее, не продаст, потому что дураков нет, а наценку в 20% вместо 100% ему не дают — зачем сетям конкурент на полках?

Собственные торговые марки сетей — это проблема, которую у нас только начинают осознавать. И только в профессиональных кругах.

Вы вдумайтесь: аналитики прогнозируют, что доля федеральных сетевиков в продуктовом ритейле к 2020 году составит в целом по России 40%, к 2030-му — 60%. Если учесть, что в мегаполисах уже сейчас 73% жителей регулярно покупают самые дешевые марки торговых сетей и что в среднем на собственные марки в сетях приходится сегодня больше 20% продуктового оборота и доля эта растет стремительно, то получится, что уже через три-пять лет почти исключительно продуктами сетевых марок будут питаться до четверти всех россиян, или больше половины посетителей торговых сетей.

То есть около 36 млн человек станут жить на спреде вместо масла и порошковом молоке.

И тут, собственно, возникает последний и самый важный вопрос — за что нам все это? Понятно, что поглощение мелких производств и мелких торговцев — общемировая тенденция. Понятно, что скоро у нас будет сначала как в Прибалтике, потом — как в Скандинавии, где есть либо гипермаркеты, либо ларьки с чипсами, и те сетевые. Вот только в Прибалтике или Скандинавии продукты даже при курсе 70 рублей за евро в пересчете на рубли выходят часто дешевле, чем у нас. Потому что там нет таких огромных наценок.

А у нас есть и даже растут. Отчего?

Принято думать, что всему виной присоединение Крыма и война на Донбассе. Да, конечно, экономику эти приключения сильно подорвали. Но разве за Керченский мост или гумконвой в ДНР расплачиваются «Ашан» с «Пятерочкой»? Почему платит государство, а наценки на продукты делают сети?

Также принято думать, что к инфляции привели западные санкции. Тут у людей в головах вообще тьма, и государство тщательно следит, чтобы никто не включил в этой темноте свет. Наши граждане уверены, что сыры, молоко и помидоры ввозить нам запретили Меркель с Обамой, а не родное правительство. Это заблуждение несколько поддерживает в людях боевой дух — они чувствуют себя в кольце врага.

Если им объяснить внятно, что запрет на еду наложен не санкциями, а контрсанкциями, боевой дух спадет.

Но цены-то не упадут. По большому счету, «политические» наценки ложатся в первую очередь на производителя. Производство становится все дороже, производитель поднимает цены, сеть, удерживая тот же процент наценки, в итоге имеет также повышение ее в денежном выражении. Брала, например, 40% от 100 рублей за сосиски, а теперь берет 40% от 130 рублей. Кроме того, сеть увеличивает свою наценку.

Про российское сливочное масло на растительном жире, про творог, который горит, и про хлеб, испеченный из старого хлеба, снимают целые фильмы, однако ситуация не меняется. Фальсификация продуктов питания по-прежнему является в России административным преступлением и наказывается смехотворными штрафами. Закон «О качестве и безопасности пищевых продуктов» предполагает размытую формулировку и наказание юрлиц штрафом в 500–1000 МРОТ. Реально работает на защиту потребителей в России лишь ч. 2 ст. 14.7 КОАП, которая — внимание! — предусматривает наказание в 100–500 тыс. рублей. Выпустил растительной сметаны на 10 млн — заплатил 100 тысяч штрафа. Выгодно!

Недавно Роспотребнадзор предлагал ужесточить наказание и присуждать 300–800 тыс. рублей штрафа, но законопроект был отклонен из-за Минэкономики. Сейчас Совет Федерации одобрил другой законопроект — о введении уголовной ответственности за фальсификацию продуктов. Правда, серьезных сроков за растительный жир вместо масла он не предусматривает. И до выборов его вряд пустят в дело. Потому что как только среди производителей растительной сметаны и порошкового молока начнутся посадки, сметана подорожает и люди будут вынуждены перейти на овес.

Думаю, это произойдет сразу после выборов, когда и законы в ход пойдут, и цены отпустят. Так что отъедайтесь и делайте запасы.





Дата: 24-08-2017, 17:45
Категория:Мнения
Комментариев: 0 | Просмотров: 1460
   ПОХОЖИЕ НОВОСТИ
Информация
 
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.